Полёт в самолёте

1+2+3+4+5+ (Голосов: 1)
Загрузка...

Самолет — самый безопасный вид транспорта. Не автомобиль, не поезд, не корабль.
Самолет.
Дарел в это не верил, он привык, что по ящику показывают их падения. Очень много падений и кучу жертв.
Клюквенный сироп шипя тек по раскаленным кускам метала. Вокруг дымящиеся обломки и рыдающие родственники погибших. Дарел представлял это все, когда садился в воздушное судно.
Его родители, часто летающие в командировки по разным странам, всячески успокаивали Дарела. Они водили его к множеству психологов и специалистов. Те копались в мозгах парня и так и не смогли понять причину фобии.
Дарел за свои 14 лет жизни летал на самолете пять раз и всякий из них был сложнейшим испытанием.

Высота.
Огромная высота.
Гигантская высота.
И самолетик. Маленькая, мягкая труба с крыльями. Дарел знал, что шансы велики, шансы что самолет... Нет! Он пытался об этом не думать. Дарел еще знал, что мысли материальны. Он предполагал, что чем больше людей в самолете думают о его падении, то тем выше вероятность, что это случится. Он решил вычеркнуть себя из списка думающих о плохом, уменьшив тем самым искушение судьбы.

Дарел сидел как всегда молча. Вжался в сиденье и с закрытыми глазами ожидал окончания сего кошмара. Впиваясь в кресло всем своим телом он ощущал каждый толчок, каждый порыв ветра и каждое облачко, парящее снаружи. По крайней мере, ему так казалось.
Спереди, в следующем ряду сидел мужчина. Толстый и потный. Засаленные волосы торчали во все стороны, а пухлые руки пихали в рот еду из фаст-фуда.
Затолкав очередную картошку-фри себе в рот, он вытер жирную, масляную руку об свои штаны и продолжил есть опять. Ему выделили два места, так как на одно он просто не помещался. Толстяк громко чавкал,словно свинья упавшая в корыто со спелыми фруктами.
Дарел чувствовал запах картошки и слышал чавкающий, брызжущий слюной, звук. Его мать, сидевшая рядом с сыном, сделала замечание мужчине и попросила его есть на сорок децибел тише. На что тот ответил:
— Я...(чавк)... еммм... (чавк), — он проглотил горсть картошки. — ...не так уж и громко. Это вы орете на весь салон, женщина.
Мужчина говорил это и его щеки тряслись во все стороны. После своей гордой речи он вытер рот рукавом, размазав горчицу на пол лица.
Дарел открыл глаза.
Мать, возмущенная всем этим, позвала стюардессу и попросила другое место, главное — подальше от жирдяя.
Немного впереди, ближе к носу самолета оказалось свободное кресло, но лишь одно. Толстяка пересадить не получилось бы из-за его габаритов, поэтому мать сказала Дарелу:
— Иди садись туда и поспи немного, а отец сядет ко мне и попробует поговорить с этим... человеком.

Дарелу не понравилась эта идея, так как он планировал весь полет просидеть с закрытыми глазами, слившись с сиденьем в одно целое. Сама мысль о том, что ему нужно встать, вызывала ужасающую картинку в голове.
Что, если в тот момент, когда он оторвет свой зад от кресла, вражеская ракета пробьет бок самолета и он, не пристегнутый, моментально улетит из разгерметизированного салона в бескрайний океан воздуха и птиц.
Или самолет перевернется и Дарел со всей силы ударится головой об потолок, забрызгая тем самым всех пассажиров своими мозгами и кровью. Он не хотел пачкать салон. Кто будет потом все отмывать?
Набравшись решимости и пересилив себя, Дарел медленно встал и аккуратно пошел к новому месту задоприземления. Мелкими шагами, держась за спинки кресел, мальчик прошел мимо толстяка. Их глаза встретились. На лице мужчины виднелась не поддельная гордость за гамбургер, который он держал в руках. А Дарел выразил гнев в сторону жиртреста.
Он дошел до сиденья без происшествий и уселся, приняв свою любимою позу — сжатый эмбрион. Обменявшись любезностями во взглядах, все сидели на своих местах.
Так прошел час полета.
Дарел спал.
Толстяк ел.
Странная женщина в парике из кошачьих волос читала книгу в дальнем углу самолета.
Где-то рыдал ребенок.

Дарел проснулся. Потянувшись и опять вжавшись в кресло он увидел весьма странную вещь.
Самолет был пуст.
Мальчика это напугало и он резко вскочил с места, забыв про свои страхи полета. С ужасом и удивлением в глазах, Дарел шел по салону и смотрел на пустые места. Пассажиров не было. Не было даже их личных вещей. Ничего. Кроме него самого.
Волна дрожи пробежала по спине и он решил проверить кабину пилотов.
Дверь была заперта.
— Откройте! Есть там кто-нибудь? Откройте, пожалуйста!
Ответа не последовало и Дарел решил выбить дверь. Он смотрел много боевиков и часто видел как это делается. Разбежавшись, он ударил ее плечом. Глухой звук раздался в салоне самолета. Вскрикнув от боли, Дарел понял, что останется мощный синяк и будет болеть пару недель.
Скатившись по двери спиной, мальчик сел на пол. Он не знал,что делать в такой ситуации. В кино дверь разлеталась в щепки с первого удара, а здесь пострадало лишь молодое тело. Дверь не открылась ни на дюйм.

Самолет летел.

Дарел сидел на полу и понимал, что рано или поздно самолет должен совершить посадку. Не может ведь этот кусок метала парить вечно. Или...Да нет, не может.
Есть две концовки происходящего. Первая — весьма хороша. Самолет просто спокойно сядет и все будут счастливы. Особенно Дарел. Тем более здесь большее никого нет.
Вторая концовка пугала — самолет мог просто врезаться в скалы... или двигатели могли выйти из строя... или он мог просто упасть. Без причин. Просто так. Да нет... Хотя... Все может быть...
Дарел не знал что и думать. Паника поглотила его сознание. Волны страха и непонимания слились вместе и с огромным грохотом обрушились на мозг ребенка.
Перед глазами пролетела вся четырнадцатилетняя жизнь. Он вспомнил школу, своих друзей.
Билла, у которого рюкзак вонял навозом.
Майка, всегда приходившего ровно на 5 минут 6 секунд после звонка.
Рона, вечно приносившего всякую животину в карманах (Дарел все еще помнил того таракана, заползшего ему в трусы).
Он вспомнил своих учителей, которых не мог терпеть. Все были старые злобные коряги. Кроме одной. Миссис Уилсон. Ах, миссис Уилсон...
Дарел подумал о любимой булочной на углу Итон-стрит. Сладкие теплые булочки с корицей, карамелью и шоколадом. Всегда свежие и ароматные, они притягивали сотни людей из близлежащих кварталов. Все любили эти булочки. И Дарел любил. Сейчас он был бы не против отдать все за один укус...

Девочка.
Мысли Дарела прервала девочка. Он с ужасом смотрел на нее, на ее горящие глаза и короткие темные волосы. Она была в светлой пижаме, а ее взгляд... Он испепелял. Ненависть, злоба, все мировое зло было в этом страшном, ужасном взгляде. Пристальный и кошмарный — вот какой он был.
Мурашки пробежали по спине. Мурашки размером с кулак, ведь девочка была за бортом. Она смотрела на Дарела сквозь иллюминатор.

Самолет летел.
Дарел проснулся.
Сильная отдышка и ужас в глазах напугали его мать. Он не понимал, что происходит, но был рад,что все это ему приснилось.
— Ты в порядке, дорогой? Мы прилетели. Пойдем скорее. Такси ждет.
Семья спустилась по трапу и поспешила к ждущей их машине.
Дарел чувствовал легкость и смущение. Сон его уже почти не беспокоил, но он заметил, что у него болело плечо.
Приехав в отель, Дарел увидел, что там синяк.

Автор: Макс Уайтхолл







Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Внимание! Комментарии модерируются!