Истории Ваших снов

Вам приснился страшный или не обычный сон? Вы хотите рассказать о нем? Тогда присылайте историю своего сна к нам на сайт.


Карандаш против ножа. Пашка


ГЛАВА СЕДЬМАЯ. ПАШКА

1.

— Пашка, ползи сюда… всё хорошо, я тебя не обижу, — уговаривал вылезти из-под кровати ребёнка Буба.
Но тот отполз на солидное расстояние от вытянутой руки двоюродного брата. Он не плакал и даже не скулил. Просто молча, как затравленный зверёк, смотрел на того, кто собирался его убить.
— Пашка, ну, что, ты в самом деле. Всё хорошо. Не бойся. Это ж я – Колька! Не узнал что ли?
Пашка завертел головой.
— Твою мать! – выругался Буба, увидев мобильный телефон. Нехорошая догадка добралась до его сознания. С широко раскрытыми глазами он схватил телефон и вместе с ним высунулся из-под кровати.
— Николай, что происходит? – услышал он голос матери Пашки и Ромки.
Притянув трубку к уху, Буба попытался выкрутиться:
— Я не знаю, кто-то убил Ромку. Ножом в спину.


Карандаш против ножа. Ленка


ГЛАВА ШЕСТАЯ. Ленка

1.

Стоцкая раздражённо ударила кулаком по собственной входной двери. Ну, как же так?! Ленка опять закрыла дверь и ушла куда-то, не предупредив и не оставив ключа. Разве так можно? Трудно, что ли, племяннице было заскочить к Инессе и предупредить о том, что она куда-то уходит. Дарья Владимировна вышла на улицу и, сев на скамейку, почувствовала, как обида пробирается в её душу. Она не выдержала и заплакала.
А в это время в её квартире Ленка боролась за свою жизнь. Когда Виталик сделал выпад вперёд и попытался нанести удар ножом, прицелившись в область желудка, она двумя руками отбила руку с холодным оружием вниз и отскочила в коридор к стене. Гоголев ринулся на неё и попытался нанести удар снова, но она ускользнула в сторону, в результате чего Виталик проскоблил ножом стену.
Лена, отступая к рабочему кабинету Стоцкой, увидела, как во взгляде подростка промелькнули игривые огоньки. И она поняла, что всё происходящее этот подонок воспринимает как забаву.
— А без ножа слабо? — выкрикнула племянница Стоцкой.


Карандаш против ножа. Снова Бровкин


ГЛАВА ПЯТАЯ. Снова Бровкин

1.

Ромка понимал, что, сказав «а», надо говорить «б». Отступать некуда. Идею, которая пришла ему в голову, назвать толковой, он бы не осмелился. Более того, он осознавал, на сколько она гиблая и безрассудная.
— Не тяни резину! — рявкнул на него Крот. – Или ты мне сейчас всё говоришь, или я сейчас тебя ножом пырну.
— Я могу ошибаться, — пробормотал Бровкин. — Это только моё предположение.
— Достал, мать твою!
— Тихо-тихо, я хочу сказать, что твой дружок деньги уже давно нашёл. Просто он делиться не хочет.
— Чего?!
— Тебе не кажется странным, что он так неожиданно в туалет захотел? Думаешь, его действительно припёрло? А я так не думаю. Скорее всего, он найденные деньги под одеждой прячет. Может даже скотчем к телу приматывает.
Крот аж онемел от услышанного. Слова Ромки его конкретно зацепили. Рыжий дурень резко развернулся и бросился к двери туалета, и лупанул по ней кулаком.
— Сука, открывай немедля! – заревел он.


Карандаш против ножа. Гоголев, Стоцкая и Елена


ГЛАВА ЧЕТВЁРТАЯ. Гоголев, Стоцкая и Елена

1.

Дарья Владимировна нажала на ручку двери своей квартиры. Дверь не поддалась. Скорее всего, подумала Стоцкая, Ленка посчитала, что я свой ключ взяла с собой, и потому она со спокойной совестью пошла домой. Может даже, записку какую-нибудь на столе оставила.
Надо звонить на её домашний телефон, она уже должна быть дома. Час прошёл – за это время можно было добраться до её района, вернуться и ещё раз туда добраться. Благо, домашний телефон Ленки она знала. Он легко запоминался.
Вернувшись в квартиру подруги, она подошла к домашнему телефону и набрала номер племянницы.
Трубку поднял Гена – муж Лены.
— Алло, — сказал он в трубку.
— Геночка, привет. Ленка уже дома?


Карандаш против ножа. Бровкин


ГЛАВА ТРЕТЬЯ. Бровкин

1.

Бровкин со страхом подумал о том, что внезапно возникший в его голове план с балконом провалился. Если б это было не так, его и Пашку давно бы уже спасли, но время шло, а спасать их никто не спешил. Гоголев поставил на стол утюг и включил его в розетку. Но, видимо, забыл про него, увлёкшись поиском денег. Виталик полез в кладовку, и было слышно, как он переворачивает в ней всё вверх дном.
Рома утешал себя тем, что хоть попытался что-то предпринять. Он понимал, что надо срочно выкручиваться из положения, в которое сам себя загнал. Как же доказать Гоголеву, что он всячески пытается ему помочь?
«Расскажи ему про жестяную банку с надписью «Мука»», — шептал Бровкину внутренний голос. — «Расскажи, чего ты ждёшь? Расскажи сейчас, потом будет поздно». А следом этот же голос возражал сам себе: «Не стоит этого делать! Не стоит! Если они найдут, что ищут, будет беда. Они не оставят никого в живых. Свидетели им не нужны».
— Виталик! – не выдержал и позвал Гоголева Бровкин. – Виталик, я кое-что вспомнил.